Поисковый интернет портал

Китай-город как торговый центр Москвы

китай город москва

Китай-город как торговый центр Москвы

.

Восемнадцатый век в истории Москвы был временем больших перемен. В связи с переносом столицы в Петербург именно там стали формироваться новые органы управления, туда переехала знать и часть крупного купечества. Китай-город, который в XVII в. был многофункциональной частью столичного центра, в рассматриваемое время утрачивает ряд своих прежних функций — посольскую, представительскую, отчасти — управления. Но одна из традиционных функций Китай-города — торговая — не только не утратилась, но значительно развилась и стала определяющей как в жизнедеятельности этой зоны города, так и в формировании ее архитектурного облика.

Экономический потенциал Москвы в XVIII в. продолжал быстро увеличиваться. Причиной тому были географическое положение города и сложившиеся традиционные хозяйственные связи. Как отмечала Д. И. Тверская, Москва уже во второй половине XVII в. была центром складывающегося всероссийского рынка. Юридические права и привилегии Магдебургского права купеческое сословие, выделившееся из посадского населения, получило в 1699 г. Купцы были исключены из ведомства воевод и приказов и переданы устроенной в Рыбном переулке Китай-города Бурмистерской палате (позже — Ратуше). В конце XVIII — начале XIX в. Торговые палаты располагались на территории Китай-города как и в XVII в. тремя массивами вдоль Красной и Васильевской площадей. В XVIII в. они сохраняли и традиционное название — Верхние, Средние и Нижние. Для розничной торговли в Москве было множество лавок, однако торговые ряды в Китай-городе оставались главными. В докладной записке Екатерине II о затруднениях по регулированию города по плану 1775 г. Я. А. Брюс писал: «Лавок же в Москве в величайшем числе по всем частям города: правда, что не в домах у купцов, а почти при всяких городовых воротах, и нужное для той части можно иметь не ходя в другую, но как все иногородние сделали привычку, чтоб приезжать и покупать все на Красной площади и к Троице под гору, то торгующие в сих частях издревле без употребления власти ни в какие части города поселены быть не могут, закоренев в том, что… кроме площади некому и продать». Однако торговля распространялась дальше вдоль больших улиц. На Никольской кроме лавок, стоявших отдельно или лепившихся к другим зданиям (например, к Казанскому собору), торговля шла на Печатном дворе, в воротах которого были сделаны книжные магазины, на некоторых дворах знати —у Шереметьевых и др. в середине XVIII в. разместились торговые агентства и конторы крупных торговых предпринимателей. Другая улица — Ильинская, имевшая в XVII в. посольско-представительскую функцию, в XVIII —начале XIX в. почти полностью превратилась в торговую. На ее правой стороне (если идти от Кремля) размещалось ядро торгового центра, куда помимо Средних рядов входили Новый Гостиный двор и Новогостиный ряд, Биржа, дома Купеческого общества и Новокупеческого подворья со знаменитым трактиром, в котором заключалось большинство торговых сделок. В ранние часы, пока в рядах еще не начиналась торговля, вереницы тяжело груженых подвод заполняли Ильинку. На больших внутренних площадках Гостиных дворов становилось тесно. С шумом и грохотом сгружались товары в глубокие подвалы — склады, чтобы оттуда попасть в самые отдаленные уголки страны. На Гостиных дворах шла крупная оптовая торговля.

Мелочная торговля в XVIII в. с крестцов была перенесена на новые узкие площади, раскинувшиеся вдоль Китайгородской стены от Никольской до Варварской башен. Торговали с рук или на небольших выносных лавках. Однако этот толкучий рынок собирал так много народу, что в стене были сделаны пробойные ворота.

В конце XVIII в. помещений, занятых торговлей, в Китай-городе было вдвое больше, чем в остальных частях города вместе взятых.

Торговые ряды в конце XVIII —начал XIX в. формировали в застройке Китай-города специфическую зону, для которой характерно наличие четких архитектурно оформленных границ — главного фасада Верхнего и Среднего рядов, выходящего на Красную площадь, и однотипно решенных боковых фасадов в начале Никольской, Ильинской и Варварской улиц. Граница между рядами и жилой застройкой внутри квартала была «размыта». Исследователи, внимание которых привлекала архитектура торговых рядов на Красной площади, обычно ограничивались анализом парадного фасада. Все они отмечают, что до 1781 г., если не считать штукатурки фасадов и придания им классицистического облика, коренных перестроек рядов не происходило. На картине Гильфердинга (конца XVIII в.) ряды изображены с одноэтажной галереей, со сплошной аркадой простого очертания. Плоскость стен фасада отделана крупным рустом и разделена пилястрами.

Первый раз существенные изменения торговые ряды претерпели в 1780-х гг. В 1784 г. они были надстроены вторым этажом, аркады галереи также были сделаны двухъярусными. Протяженная композиция фасада была расчленена центральным объемом с двенадцати-колонным дорическим портиком, завершенным аттиком. На углах здания по Никольской и Ильинской улицам были поставлены ризалиты с четырехколонными портиками мощного дорического ордера. Эти ризалиты, замыкавшие площадь с северо-западной стороны, почти заслонили древний ансамбль, сложившийся в XVII в. у Воскресенских ворот. Вдоль Кремлевской стены по проекту Д. Кваренги напротив старых рядов и симметрично к ним были выстроены новые здания торговых рядов, закрывавших стену, Спасские и Никольские ворота. В результате композиция Красной площади резко изменилась. Площадь стала обособленной, замкнутой и получила четкую прямоугольную форму плана с пропорциями 1 :3,5. Сочетание такого плана с одинаковым решением фасадов торговых рядов, обрамлявших площадь, привело к созданию цельного классицистического ансамбля. Поперечная ось, наметившаяся в нем, была закреплена колоннадой центральных портиков обоих зданий торговых рядов. Однако главной осью композиции Красной площади все же оставалась продольная, направленная на Троицкий собор (храм Василия Блаженного). Это направление акцентировалось двумя параллельными рядами светильников, поставленных вдоль всей площади на высоких, очевидно, чугунных столбах. В таком виде площадь просуществовала до войны 1812 г. Во время войны здания торговых рядов серьезно пострадали; корпус, стоявший вдоль кремлевской стены, почти весь был разрушен, другой погорел и дал большие трещины.

Работу по реконструкции городских торговых рядов и самой Красной площади Комиссия для строений в Москве поручила О. Бове. Понимая важность роли Красной площади для Москвы в целом, Бове усилил ее парадность и подчеркнул градостроительную связь с Кремлем. Он уничтожил корпус, закрывавший Кремлевскую стену, снова включив ее, Сенатскую башню, Спасские и Никольские ворота в ансамбль Красной площади. Однако древний пристенный характер площади не восстановился. Это произошло из-за того, что новые торговые ряды Бове приобрели дворцовый характер, вполне отвечающий новому представлению о городском общественном здании. Сохранив старую конструктивную основу — галерею с двухъярусной аркадой — и не трогая внутренние ряды, архитектор сумел придать новому фасаду удивительно величественный вид. Репрезентативность была достигнута введением в композицию фасада спаренных полуколонн строго дорического ордера, поднятых на цоколь, и выделением центрального, увенчанного куполом объема.

Сплошной цоколь и завершающий первый этаж единый антаблемент объединили протяженный фасад здания. Небольшие ризалиты «глаголем», выступавшие на боковых сторонах, выделяли пространство перед рядами. Характерно, что торговому помещению, поскольку оно находилось на главной парадной площади города, были приданы черты общественного здания. Его центральный портик, завершенный низким куполом, отвечающим куполу здания Сената, расположенного за Кремлевской стеной, закрепил и усилил поперечную ось в композиции Красной площади.

Главный фасад рядов был важен для создания представительного облика торговой зоны Китай-города, а за ним начинался сложный мир торговых рядов. Параллельными рядами простирались торговые помещения в глубь Китай-города. Длинные узкие улицы-коридоры, расположенные между ними, в некоторых местах были перекрыты крышей со световыми фонарями и превращены в коридоры. Ощущение границы между внешним и внутренним пространством стиралось. Если на главных фасадах рядов все отдельные владения были унифицированы (фасад не соответствовал внутренней планировке здания), то ряды, стоящие за ним, имели свое оформление, свою вывеску, свое лицо. Во многих случаях это лицо сохранялось неизменным с XVII в. вплоть до конца XVIII в.

Характерной чертой архитектуры внутренних торговых рядов было наличие единого модуля в решение фасадов. При относительном разнообразии общих габаритов высота основных проемов первого этажа, как правило, была одинакова и составляла одну сажень. Ширина этих проемов часто была равна сажени или 2/3 сажени (2-м аршинам). Наличие лишь двух типов проемов создавало архитектурное единообразие торговых ячеек, составлявших первый этаж. Стены их могли быть рустованными — как в Москательном ряду, или гладкими — как в Новоигольном и Суконном Смоленском рядах. При структурном единстве это не имело существенного значения. В каждой лавке был свой отдельный вход, поэтому на первом этаже лестницы располагались часто. Над входом, или над всем первым этажом, устраивался навес от дождя. Он довольно далеко выдавался вперед, загромождал и без того узкое пространство между рядами. Под этим навесом размещались вывески. Так как владельцев было очень много, а каждая фирма стремилась иметь свою собственную вывеску, то их вывешивали и вдоль фасада, и перпендикулярно к нему как флаги, внося пестроту красок, шрифтов, названий.

Второй этаж торговых помещений в рядах отличался от первого большими плоскостями каменных стен, расчлененных редко поставленными маленькими оконцами. Как правило, торговые помещения, принадлежавшие одному владельцу, имели свою отдельную крышу. Их перепад, происходивший от сочетаний разновысоких строений, составлял характерную черту панорам внутренних торговых рядов.

Другими крупными сооружениями торгового центра Китай-города были Гостиные дворы. До середины XVIII в. их в Китай-городе было два — Старый и прилегающий к нему Новый. Они располагались в зоне, очерченной улицами Ильинской, Варварской, Хрустальном и Рыбным переулками. К середине XVIII в. эти дворы сильно обветшали и департамент Комиссии для строения Москвы и Санкт-Петербурга предложил построить новые, «держась, однако, во всем прежнего древнего вида и готической архитектуры». Указом 1767 г. Гостиный двор расширялся до Варварской улицы, для чего проектировалось снести Ростовское подворье и мелкие дворы со строениями. Кроме того, было сломано несколько церквей. Крупный объем нового гостиного двора занял весь квартал. Первоначальный проект архитектора Карина, на котором фасаду здания придавались сложные очертания с выступами и амбразурами (очевидно, именно так было понято им требование сохранять «готическую архитектуру»), был отклонен московским губернатором Прозоровским как «безобразный». Новый проект был составлен в Петербурге архитектором Кваренги. Проект этот, сделанный мастерски, был достаточно отвлеченным. Он не учитывал специфику местности — большой перепад рельефа между Варварской и Ильинской улицами, который составлял около десяти аршин. Положение осложнялось еще и тем, что многие купцы, получив выделенным им участки, стали возводить стены, не заботясь при этом о точном следовании утвержденному проекту. В результате к 1794 г. Гостиный двор по генеральному плану полностью еще был не разбит, а выходящий на Варварскую улицу угол здания был уже отделан, причем не коринфским, а тосканским ордером. Другой угол на Ильинке был возведен до карниза на определенную проектом высоту. Оказалось, что один угол выше другого. Выход из создавшегося положения был один — дополнить решение фасада новым элементом, который бы сгладил перепад и объединил всю постройку. Таким элементом стали «безордерные» ризалиты — вставки. Строительство Гостиного двора продолжалось с перерывом с 1793 по 1805 г.

Корпус располагался по периметру участка. По форме плана — трапеции со скругленными углами, а также по композиции наружного фасада новый Гостиный двор напоминал петербургский. Замысел Кваренги полностью был воплощен только в фасаде, выходящем на Ильинскую улицу. Первоначально окружавшая Гостиный двор колоннада была сквозной, и доминирующая роль в композиции принадлежала пространству. После застекления арок глубина образуемого ими пространства утратилась и монолитность здания еще больше увеличилась.

Градостроительная роль нового здания Гостиного двора была традиционной для Москвы. Единый крупный объем гражданского общественного сооружения, как и в XVII в., противопоставлялся дробной застройке левой стороны Ильинской и правой стороны Варварской улиц. Для удобства проезда к Гостиному двору планом 1775 г. была предусмотрена Ильинская площадь. Эта площадь (по проекту 50 саженей в длину и 20 саженей в ширину), расположенная в центре ядра торговой зоны Китай-города, была и ее геометрическим центром. По отношению к Ильинской улице она была повернута под углом 80°. Это легкое смещение композиционной оси от перпендикулярного положения было обусловлено старым направлением Богоявленского переулка, но в большей степени (так как в проектных чертежах видно отклонение от точного сохранения трассы переулка), оно было вызвано желанием зодчих сориентировать Ильинскую площадь на собор Богоявленского монастыря.

Справа на переднем плане видна закругленная часть перестроенного Посольского двора, в котором, согласно плану 1775 г., были размещены ряды лавок, слева — колонны нового здания Гостиного двора. Улица Ильинка изображена широкой и незамощенной. Перспективу площади замыкает Богоявленский монастырь. За ним виден собор Никольского монастыря, стоявшего на Никольской улице. Боковые кулисы образованы домами Иосифовского и Троицкого подворий. Их объединяют одинаковая высота, единый ритм членения фасадов по вертикали и сходные приемы пластического решения. Противоположный фасад Ильинской площади (до постройки Биржи) формировали церковь Дмитрия Солунского и стоявшая за ней церковь Успения Богородицы, а также здания Главного магистрата, находившиеся во Введенском переулке. Для расширения площади в 1790 г. была снесена церковь Дмитрия Солунского, а Успенская церковь сохранилась до середины XIX в.

Несмотря на положение в центре города и на архитектурно-выразительные элементы в южном и северном концах, площадь не смогла стать значительной. В натуре она была осуществлена много уже проектируемой; кроме того, площадь не обрела собственного организующего композиционного акцента — монастырь и храмы оформляли ее дальние планы, а здание Биржи, выстроенное в XIX в., было размещено на левой стороне Ильинской улицы и поэтому менее активно включалось в ансамбль.

Как известно, в Китай-городе было сосредоточено большинство архиерейских и монастырских подворий Москвы. В XVII в. эти подворья выполняли в основном посольско-представительскую функцию, иногда совмещавшуюся с торговой. После реформы церковной жизни в 1764 г. произошло резкое сокращение церковных земель, в том числе и городских церковных владений. Ряд подворий был упразднен, высшая церковная администрация решала спорные вопросы в Синоде в Петербурге. Московские монастырские и архиерейские подворья с середины XVIII в. стали отдаваться в наем на длительный срок купцам. Арендаторы часто перестраивали подворья, возводили трехэтажные здания, использовали первые этажи для магазинов и трактиров, а верхние — под «отдаточные покои». Только десять подворий частично сохранили представительские функции — в них берегли помещения для архиерейских приездов, в храмах служили монахи дальних монастырей. Остальные подворья торговали. Особенно бойко шла торговля на подворьях, расположенных на больших улицах. На Ильинке на подворье Иосифо-Волоколамского монастыря выстроили трехэтажное здание, в котором внизу расположились лавки и конторы «для протесту векселей», вверху — гостиница и трактир. Подворье Воскресенского монастыря дало способ настоятелям приумножить малый доход обители отдачей всего строения в наем под лавки и для жилья купцам и мастеровым. Частично под гостиницы сдавались верхние этажи строений на подворьях Свияжского монастыря, на Ново-Троицком и др.

Торговые учреждения и подворья создавали два типа архитектуры торговых сооружений в Китай-городе. Архитектура первого из них — тип собственно торговых зданий, была рассмотрена на примерах торговых рядов и Гостиного двора. Функциональная основа этого типа — ячейка для отдельной лавки — во внешнем облике здания выражалась аркадой галереи, проем которой заключал входы в торговые помещения. Как правило, аркады поднимались на два этажа. Иногда, чаще в мелких торговых ячейках, аркады были только декоративными: над дверными проемами соседних помещений устраивались полукруглые окна, а простенки заполнялись полуколоннами, соединенными аркой. Такой прием создавал впечатление сплошной аркады.

Наряду с этим в Китай-городе существовали лавки с прямоугольными дверными и оконными проемами на первых этажах. Ритм этих проемов был сходен с ритмом аркады, хотя был проще. Мотив арки и проема помимо Торговых рядов и Гостиного двора широко распространялся по улицам Китай-города. Так, Москворецкая улица, проложенная в 1790-х г., согласно плану 1775 г., архитекторами Казаковым и Кариным, с одной стороны была образована сплошным фронтом фасадов купеческих домов, в первых этажах которых чередовались проемы магазинов и арки трактиров, а противоположную сторону улицы занимала сплошная аркада фасада Нижних торговых рядов и лавок Мытного двора. Сходная ситуация наблюдалась в конце XVIII в. и на Ильинской улице.

Второй тип сооружений, который также играл немаловажную роль в архитектуре Китай-города XVIII в.— тип торгово-гостиничных зданий, который возник в результате архитектурной и функциональной эволюции монастырских и архиерейских подворий. Как показывает анализ планов, отражающих трансформацию подворий, в XVIII в. начинается процесс уплотнения застройки всей территории двора, прежде всего — его уличного фасада. Двух-, а чаще трехэтажные дома подворий на многих участках больших улиц стали образовывать сплошной фронт застройки. Во второй половине XVIII в., когда эта тенденция набирает силу, в действие вступает осуществление плана 1775 г., и строительство новых домов подворий начинает выравнивать красные линии улиц.

Торговая функция подворий отчетливо выражалась в архитектурном оформлении первых этажей: в частых входах в лавки и трактиры, в массивных ставнях, закрывавших оконные проемы, в широких навесах над первыми этажами и, конечно, в вывесках. Верхние этажи, отведенные под гостиницы, как, правило, были оформлены очень скупо. Третьи этажи, отведенные под дешевые номера, были невысокими, а их окна, выходившие на фасад, — маленькими. Простые наличники, иногда рустованные пилястры по углам зданий, мелкие переплеты окон — вот все, что оживляло фасады подворий-гостиниц. Интересно отметить, что ширина окон верхних и средних этажей и ширина проемов арок первого этажа были одинаковыми, поэтому арки подворий были уже арок торговых рядов и Гостиного двора.

Отдельные крупные здания, выходящие на проезжую часть длинным парадным фасадом, в конце XVIII в. реже встречаются и в других частях Москвы. Основную массу застройки в это время составляют небольшие усадьбы с домами, стоящими по красным линиям с разрывом один от другого, или же размещенными в глубине участка и выходящими на красную линию лишь своими флигелями и службами. Китай-город в это время отличается тем, что подворья и торговые сооружения составляют по большим улицам протяженные участки плотной застройки.

Уже отмечалось, что Ильинская улица из посольско-представительской превратилась в XVIII в. в торговую. На правой ее стороне, если идти от Кремля, помимо Гостиного двора стояло еще одно большое торговое здание, воздвигнутое на месте бывшего Посольского двора по проекту М. Ф. Казакова. Четырехэтажный объем сооружения по горизонтали расчленен карнизом, отделяющим рустованную аркаду галерей двух нижних этажей от сложно решенного верхнего яруса. Шесть коринфских колонн большого ордера выделяют центральную часть здания, завершенную массивным антаблементом. Фронтона над ней нет. В композиции фасада основная роль принадлежит аркаде. Архитектор мастерски использует повторение высоких аркад первого этажа в полуциркульных угловых галереях, в то время как заглубленную часть второго этажа прорезывают два ряда более мелких арок. Сочетание сквозных галерей с торжественной колоннадой центральной части придают этому зданию парадный вид. В то же время сплошная аркада первого этажа подчеркивает его торговое значение.

Новым зданием, включавшимся в торговый центр Китай-города в начале XIX в., была Биржа. Ее устройство было необходимо в связи с развитием внешней торговли. Биржа московских купцов как место сходок для решения внутренних торговых дел существовала давно Ее роль в XVII в. выполняло внутреннее пространство Гостиного двора. Точные сведения о месте таких сходок имеются за время после 1812 г. По воспоминаниям старожилов, купечество собиралось сначала под открытым не бом в среднем проходе с Ильинки на Гостиный двор.

Вопрос о строительстве биржевого зала неоднократно поднимался купечеством, начиная с 1817 г. Наиболее четко это требование было сформулировано в заявлении городского головы А. А. Мазурина в 1828 г.

Расценивая здание Биржи как крупное общественное сооружение, купеческое обществе долгое время не могло выбрать для него наилучшее место. Для рассмотрения, проекта был составлен комитет, в который вошли директор Комиссии для строений в Москве А. А. Башилов, исполняющий дела московского обер-полицмейстера С. Н. Муханов, архитектор О. И. Бове и ряд купцов. Наконец, по прошествии длительного времени, купеческого общество пришло к единому мнению — построить только биржевой зал в Китай-город на Ильинской площади в непосредственной близости от Гостиного двора, напротив собственного дома купеческого общества (б. дом; Алексеевой).

Здание, спроектированное архитектора М. Д. Быковским, было построено в 1837— 1839 гг. К началу XIX в. от древней «куста» церквей, существовавшего в этой части Китай-города, на Ильинской улице, еще в первой половине XVIII в., остался только храм Успения Богородицы, оказавшийся за зданием биржи. Он незначительно выходил за красную линию Рыбного переулка и был хорошо виден с площади. С этой точки его сложный объем с двумя куполами контрастировал с лаконично решенной симметричной композицией Биржи. Вдоль по Ильинке здание Биржи было расположено в одну линию с Гостиным двором и как бы являлось его продолжением. Открытые аркады двух боковых галерей подхватывали мотив арок Гостиного двора, развивая и укрупняя эту тему. Пологие арки Биржи упирались на массивные прямоугольные столбы. Обе боковые лестницы здания и галерея перед входными дверями в Биржевой зал до I860 г. были излюбленным местом сбора купцов. Расположенный в центре, основной объем зала освещался через верхний световой фонарь. Глухие стены, окруженные открытыми аркадами, четко выявляли общественное назначение этого здания.

Недалеко от Биржи, на месте старых Рыбных рядов в 1838—1840 гг. было построено крупное торговое здание — Новогостиный ряд, завершивший формирование торгового центра Китай-города первой половины XIX в.

В перестроенном виде это здание сохранилось до наших дней. Его план был определен конфигурацией и размерами узкого длинного участка. Здание Новогостиного ряда, более известного под названием «Новый гостиный двор», по внутренней организации процесса торговли и по своему внешнему виду уже не было похоже на традиционные гостиные дворы. Если в старых гостиных дворах и первого этажа четко обозначали входы в торговые помещения различных владельцев, то в Новом гостином дворе этот мотив был перенесен на второй этаж и служил только декоративным элементом. Как и торговые ряды Бове, Новогостиный ряд приобрел облик дворцового здания. Дворцовый характер его архитектуре придавала трехчастная композиция фасада, подчеркнутая портиками с ионическими полуколоннами, рельефы в центральном и боковых ризалитах, а также плоское купольное завершение центральной части здания. Спокойный и четкий ритм арочных окон второго этажа акцентировал строгую организацию и уравновешенность фасада.

В конце XVIII — начале XIX в. аркады торговых помещений играли существенную роль в архитектуре Китай-города. Разный шаг колонн, переменная глубина аркад, многообразная графика рустов фасадов не нарушали единства, создаваемого лейтмотивом аркад. Этот мотив в XIX в. как бы выходит за Китайгородскую стену и начинает характеризовать торговую зону извне. Полуциркульные арки входов в низкие лавки, амбары и склады, прилепившиеся к внешней стороне каменных стен Китай-города, участвовали в формировании его Москворецкого фасада, а также фасада со стороны Никольских и Ильинских ворот. Позже строй таких лавок кое-где стал заменять и саму стену, вернее, сохраняя ее очертания после уничтожения части стены в конце XIX в., продолжал напоминать о существовавшей в средневековый период городской границе.

КОММЕНТАРИИ ВРЕМЕННО ОТКЛЮЧЕНЫ, НО ЕСТЬ ВОЗМОЖНОСТЬ ПОДЕЛИТСЯ.